Дюбель-гвоздь 6х40 за 1.33 ₽ вываливается из газобетона под весом лотка просто потому, что его гладкая полипропиленовая гильза крошит пористый блок и работает на срез — там обязан стоять дюбель для газобетона 6х32 металлический за 1.64 ₽ с широкими внешними ребрами. Но на склад в среду падает заявка от прораба, где черным по белому написано: «крепеж для лотка — 300 шт, кабель — две бухты, срочно к пятнице». Подписи инженера нет, артикулов нет, сметчик трубку не берет. Поставщик в Москве готов отгрузить всё завтра утром, склад забит под завязку, но снабженец нажимает на тормоз.
Дальше начинается классический диалог, который слышал каждый снабженец и монтажник.
— Мне в пятницу людей на этаж ставить, день простоя бригады стоит 40 тысяч! Почему машина еще не загружена?
В переводе с языка прораба это означает: «Я вспомнил про материалы в последний момент, проект открывать некогда, везите хоть что-нибудь, на месте разберемся». Разбираться на месте обычно означает прикрутить лоток на то, что приехало, а через полгода сдавать комиссию с провисшей трассой.
— Что именно грузить? В заявке написано «лоток 100х50 — 45 метров». Какой лоток?
Поставщик держит на складе лоток неперфорированный 100х50 L 3000 облегченной серии за 330.65 ₽ и лоток перфорированный 100х50 L3000 за 457.2 ₽. Разница на объеме объекта — десятки тысяч рублей. Если снабженец закажет перфорированный, сметчик срежет оплату за перерасход бюджета. Если привезет облегченный неперфорированный без согласования, технадзор завернет трассу из-за отсутствия вентиляции силовых линий и проектной нагрузки.
— Грузи стандартный! И кабель кинь, там же написано — две бухты силового!
«Стандартный» в смете не существует. Две бухты — это 200 метров. Только кабель силовой ВВГнг(А)-LS 3х1.5 стоит 112.04 ₽ за метр, а кабель силовой ВВГнг(А)-LS 3х2,5(N,PE)-0,660 идет по 173.14 ₽ за метр. Разница между ними — 61 рубль на метре. На двух бухтах это 12 200 ₽ чистой погрешности. Прораб считает, что снабженец тянет время из вредности. Снабженец знает: если сечение окажется не тем, бухгалтер повесит эти 12 тысяч на него, а кабель останется лежать мертвым грузом в бытовке.
— Сметчик согласовал устно, вези, я потом подпишу акт!
Это главная ловушка стройки. Устное согласование живет ровно до первого финансового отчета. Когда в понедельник выяснится, что вместо проектных подвесов на анкер латунный забивной М8 по 15.01 ₽ трассу пристрелили на дюбель-гвозди, сметчик разведет руками: «Я этого в производство работ не пускал».
В этом споре прав оказался снабженец, который отказался отправлять машину вслепую.
Срыв поставки в четырех случаях из пяти происходит не на маршруте и не на складе поставщика. Машина доезжает по Москве за сутки, счет с НДС выставляется за 15 минут. Срыв происходит в офисе генподрядчика, когда несогласованную бумажку пытаются превратить в товарную накладную. Чтобы закупка ушла в доставку за полчаса, заявка должна содержать три вещи: точное наименование по проекту, объем в штуках или метрах и подпись ответственного за бюджет. Всё остальное — это перекладывание чужой ответственности на плечи отдела закупок.
Бригада в пятницу вышла не на монтаж, а на перекур. Зато в понедельник приехал согласованный металл, проектный крепеж и кабель нужного сечения по ГОСТ 31996-2012, который технадзор принял с первой попытки без предписаний и срезанных объемов.
— подобрать аналоги под ТЗ тендера.
Завтра разберем, как прорабу составить заявку на щитовое оборудование за 10 минут, чтобы снабженец и сметчик подписали ее без единого встречного вопроса.
